***
чёрный пруд в середине дня
мне даёт на хранение шар
тоннельных дождей
прячась и пузырясь,
круговое содействие
через сферу–засвет, впотьмах
распускает свою длину
на части неравные
твоему стеклянному раствору. жидкий сосуд
прямит телом,
натощак. последняя ясность
остывающей красоты
общим языком подбирает
маленькие стальные радости.
цикадное чувство
пол скользкой родинки
одинокую бестелесность
реакции.
***
имею тёмные представления. по этому п(р)оводу
смутные рядовые акробаты, шелкопряды электричества,
циркуляция
честного слова. без понятия, в чём его ток. толкует проводимость.
под напряжением
линейные, сигнальные ткани. оповещают среды,
одного неверного условия.
в сомнамбулическом походе
невербально
доступно полевое сообщение:
подвергайся прямому ИЗЛУЧЕНИЮ, насколько можешь просторно.
и внятность шевелится лишёнными массы радистами, медлит с ответом. за. физическое лечение.
слуховые генерации, трубки,
поглощаюсь расщелиной.
эхолокаторы на пределе.
***
структурный оттенок белого шума
принёс
снежные органы,
пустынно вывернутые,
ползущие знобкие метаморфозы,
я хочу дотронуться и взять
арктическое безлюдье
его пески
меня бросают в холод.
***
существует острая теснота
для моей монораковины, необходимая сминаемость
усталости живых тканей
в её многоскладках безраздельный строй
незаметно меняет окончания
ощутимо слипшихся лабиринтов.
когда падает температура при вступлении с ними в резонанс
и околоплодные воды проявляются. на свет
тогда и я начинаю выделяться из раскинутых
внутренностей
с той же интенсивностью, что
заикаясь в себе, средний род
находит
ап
-
рель.
***
выпуклая корка
корка-над, корка-пелёнка
простыня плода, внутренность я
белая мякоть,
прозрачно пульсирую, закрыто мажусь
невестой поэзии тел
каждое обрастание вокруг кости
– кукла животворящая
крошится до ощупывания, в пыль-грим —
звонкая маска, и она
при надкусывании а
густо б г е
р з т
ы
но пока я висну всё ниже и ветки гнуться
пока меня не охватывает позиция-под-рукой,
всюду сквозящее шевеление, временная дикость
невидная
невредимая никому дикость
и она будет
СОЧИТЬСЯ
потом.
ведь циклу не выпирать. коротать. и коротающий я
размякну – обмякну, стану растить, толкать скорлупинное между. оно треснет, меня
подадут к стволу. но ныне нет никакой предметности. только органическая
пауза
полуприкрытое онемение. всепрощающее
даже мою самую крайнюю плоть. она – сверху,
ещё-не-ощутившая щёки савана, его поверхность
и состав:
– подобные мне, такие же крайности.
хранить до рождения.
не вскрывать.