МЕСТЬ АФРОДИТЫ
Ив Сен-Лоран в Москве
июнь 1959
⠀
1
― он видел женщин — а они завернулись в ивановские ситцы ―
― Ипполит в крупных очках — Федры смотрели сквозь ситцы ―
― тонкая звонкая нечисть — модели! — одуревшей от пороха ―
матери-родины-Франции
……………………………………………………………………………………
― животно хотелось красок и стройности ―
― но Федры смотрели грозно — они отрицали модельную пищу ―
…………………………………………………………………………………….
тем временем в руки ложились цветы
…………………………………………………………………………………….
становилось значительно холоднее
Москва уже засыпала
не пожелав нового платья
…………………………………………………………………………………….
― Ипполит увидел во сне русский балет ―
2
― здесь должна быть именно тяжелая ткань — и рука летит как стрела ―
― исчезая в поверженной боли — возможен реванш — в час рисования ―
― бульдог Мужик мирно сопит на острых коленях Мастера —
― русский балет — идет лавиной — не скупясь на тяжелые ткани ―
― играя вуалью и ситцем — чтобы те женщины — Федры ―
― у них не будет — блузок и юбок — у них — лев красоты ―
и зараза с названием «Опиум»
………………………………………………………………………………………
разрядка уже совершилась: брюки и смокинг
………………………………………………………………………………………
снова не то на эскизе
однако
вот она Федра
вот ее покрывало
***
Я ставила пьесы под турником для занятий, и пьесы почти получались.
Я трогала ветер. А ветер шел к озеру, сквозь частые сосны он проходил.
Я ожидала, что в школу пойду и буду там лучшей. Но ветер засомневался.
Он стал холоднее и к озеру наперегонки побежал.
⠀
Я тоже бежала. Сначала по пыльной дорожке, надеясь рукав ухватить.
Потом, сквозь полоски закатных лучей, через ступеньку, домой.
Ключ от квартиры лежал под щитком. А я словно летела.
И не нужно было уже ни ключа, ни квартиры.
⠀
В это самое время в кафе кто-то в хорошей джинсе пил кофе.
Сумка большая висела на спинке, а в ней так много винила,
что я за всю свою жизнь не переслушала бы музыки этой.
А она разрасталась, она заполняла пространство.
⠀
И ветер тот, что убежал от меня, веял тому человеку,
когда он вышел из «Лиры». А я все бежала наверх.
Дальше было как будто из пленки, что отец в санузле проявлял.
И с нее соскользнули и лица, и стены.
⠀
А я все бежала, все выше и выше,
и музыка шла впереди.⠀
⠀
***
Со мной, как со страной, ни
пить нельзя, ни спать
— Д. Воденников
Снов многослойность. Взаимодействие звуков и смыслов.
Шум напряженного зрения. Если все это взять как салфетку.
И не рисовать на ней. А были манжеты из плотной бумаги.
……………………………………………………………………………….
Нет конца у терпения. И потому лучше собрать вещи на вынос.
Вот эти книги хотелось когда-то оставить. Мне и сейчас аромат старых книг
кажется лучшим запахом, что я знала. Но книг уже нет.
Двенадцать коробок, двенадцать из Блока, ушли в снег к Рождеству.
Вот эти фильмы пока пересматриваю. Кто-то за стенкой ноет о развлечениях.
Но я не умею совсем развлекаться. Я эти фильмы отдам просто так.
…………………………………………………………………………………..
Если бы Господь спросил меня, что хочу я от жизни, я бы в ответ промолчала.
Я бы молча спросила: а что такое жизнь. Я не знаю, что это.
……………………………………………………………………………………
Так открыть ящик с летней одеждой весной. Что в окне: дождь или слезы.
Я люблю эти вещи. Носить их уже невозможно.
Искренность выцвела. Честность подписала договор с пошлостью.
Тупость куплю в ближайшей пятерке на вечер: хоть что-то.
…………………………………………………………………………………….
Как ни хороша была бы страна, у нее ничего не получится против
того, что Господь решил, а никто пока не знает, что решил Он.
Но что решение есть — слышу стрелой в позвоночнике.
………………………………………………………………………………………
Я как страна выношу и смиряюсь, кондовую тупость приобретаю.
Вкус терпения лучше, чем кагор из Массандры.
………………………………………………………………………………………..
Как я люблю эти старые вещи. Ткани производства Трехгорки,
Бабаевский шоколад, ароматы от Новой Зари.
И ведь все это есть. Но к чему это сейчас
мне,
состоящей из мертвых девушек в подвенечных платьях.
АКТРИСА СЛУШАЕТ ЗОВ САТАНЫ
⠀
― и тогда кто-то стукнул ей в сердце: пора ― только самолетом! ―
― ваш выход — сказали бы в русском театре — она звезда Голливуда ―
ей выход не нужен
― ты моя смелая — ты вызываешь любовь — во всем что твои глаза видят ―
― вился разговор звезды и денницы — ночью без маяков над горами ―
― она постарела с начала войны — почти незаметно — слух ее истончился ―
― она отличала те звуки от галлюцинаций — знакомых по рассказам ―
― признаков безумия в ней не было заметно — однако она изменилась ―
так светится статуя из матового стекла
― она не могла бы сказать — какой это голос ― на что он похож ―
― она знала лишь — стена огня забирает всех ― огонь приближается ―
― но ей хотелось лететь — она любила летать — она чувствовала звезду ―
― она даже могла представить — в общих чертах — падение ―
страх перед вражеским налетом погасил маяки
― но зов был громче и прекраснее ―
― зов ничего не обещал ей — никуда не звал — ничего не напоминал ―
― но этим зовом она видела под собой бездну ―
― так высоко она еще не поднималась ―
хотя самолет не достиг и трех тысяч
огонь приближался быстро
она не дослушала песню
НОВЫЕ ЭЛЕГИИ К МАКСИМУ
1
Твоя голова не затем, чтобы думать. Ты видишь — видение дороже, чем мысль.
Я бы сказала: ценнее, чем мысль. Но ценность и стоимость — разные вещи.
Когда ты вносил рок-н-ролл в мои стены, с нелепым апломбом,
мы знали, что «я еще нет», но знали и то, что мы — уже нет.
Теперь мне милее новое дело:
от руки зафиксировать все, что тобой наговорено, как бы ни дулся.
Бумага устойчива. Цифровые реалии — нет.
Они пришли из сказок о двойниках и ведьмах, на которые ты мастак.
………………………………………………………………………………….
Когда ты растил свой бокастый, немецкого сорта, картофель
в отечественной почве, сырой от студентистой летней печали,
когда называл его свойски картошкой, сам чистил и жарил, не пересолив,
перемешав все немецкие корни с могильной российской землей,
ты мог бы прослыть колдуном
…………………………………………………………………………………..
ты просыпался от веяния ветра, что третья сила собой подняла,
на земле, в небесах и на море —
ни Божьего вздоха тогда словно и не наблюдалась,
а Божия к берегу шла бессловесность, которую можно принять за похмелье,
когда эта явная ветром, и снегом, и прочей погодой незваная третья сила
цыганский свой танец в политике и экономике с выходом не начала,
а серая зона, чего от нее не ожидали, оделась как на передовую.
……………………………………………………………………………………
И все же та третья сила цыганочкой с выходом вышла. Никто не предполагал,
что ты, этот некто и кто-то, затерянный в спальном районе,
увидит ее каблуки, ее шаль и глаза, и привычно смотря в телевизор,
не то различит, что ему предлагают — а эту цыганку, и Борьку, и Козырь
в раскладе на самом краю поражения.
………………………………………………………………………………………..
Один только труд остается нам. Но ты трудиться не любишь.
Тебе бы смотреть в персональный твой телевизор.
2
Двойник возникает из комнатной пыли, в которой не счесть эманаций.
Он чадо анализов на аллергены — и прочего, что в поликлиниках наших
готовят в лабораторию. Но двойник возвращается. Он очень привязчив.
Когда поднимаю глаза — в метро, на автобусной или какой остановке —
я вижу знакомых. То больше, то меньше похожих. И это приветы оттуда.
Не от самих двойников, а от тех, о ком сухость по сердцу расходится кругом.
Тех, о ком улыбается сердце. И день уже весь состоялся от этой улыбки.
Вот, например, этот смуглый священник. Он строен и говорлив,
он подтянут — не как ты, юпитером в возрасте лени отяжелевший.
Но эти глаза я узнала. Узнала и гонево это, что значит на уличном сленге
особый твой говорок. Я тебя, как и многих, не забываю и сном.
………………………………………………………………………………………….
Актриса, если поверить тебе, всю войну провела в замке в Шотландии.
А здесь на заводах, работавших в три или более смены,
двойник ее пел и плясал. Он встречался с рабочими. Женщины плакали,
видя любимое чадо кино так близко, и жали ей руку. А то был двойник.
Впрочем, актриса умна. Вряд ли она так легко доверила дело славы
своему двойнику. Да и лет ей было немного. Но она была точно актриса.
…………………………………………………………………………………………….
Но ты прав. Когда профиль или спина, возникшие из коловращения мира,
вдруг начинают передавать информацию,
сообщают о радости или тревоге — но это не те профиль или спина,
например, музыканта, которого знал, или покойного ныне поэта
(поэты всегда норовят на ту сторону, словно им там будет мед),
это двойник. Он не опасен ли. Мне и тебе — уже нет.
Мы читаем — друг друга и тех, кто приносит нам вести.
Мы с тобой мыжители странной заманчивой зоны, где нет разделения.
……………………………………………………………………………………………..
Что нам с тобою эта страна. А она — вот что. И ей придется работать.
В нас замирает арктический воздух, как ей придется работать.
Нам тоже придется работать. Хотя твой расслабон. Впрочем, все это —
о двойниках. В том числе — той страны, что как мать
с револьвером лежит у виска. Или ищет источники жесткого излучения
в стенах квартиры своей, в сомнамбулической горечи новой болезни.
……………………………………………………………………………………….
Память — четверка коней. И высотчина вновь на Таганке.
……………………………………………………………………………………….
Туса широкоштанных герлз, идущих пить свой энергетик,
поначалу пугает.
Ты говоришь: это стриги, которым бы только
над колосом вниз головой повисеть.
Это тоже страна. Это наша с тобой мачеха. Ее надо любить.
……………………………………………………………………………………….
Этот прииск истории силой третьей уже сотрясаем как сито.
Стриги — сквозь решето, мы останемся на раменах. И это лишь
повод к работе.
3
Уличная профессура не знает часов преподавания. Она круглосуточна.
Много мест в бывшей стране (словно бывшей жене или мачехе) —
уличные жили профессора. Не под мостом, что бы ни говорили поэты.
Кухни или салоны были насиженным местом. Они были ужасны.
Но тебе льстило, пусть и недолгое время, быть повелителем ведьм,
как парень один из Калифорнии был повелителем ящериц.
Ты видел их и осязал фибрами на расстоянии
как видят глаза на стекле отпечатки, как пальцы их осязают.
Ты находил этот сквозняк, как другие ловили «Голос Америки»,
ты видел норы пространства и времени, которые ведьмы себе прогрызают.
Ты отличал милую золушку от пьяненькой стриги,
как цыган лошадей различает по характеру и по окрасу.
Порой ведьма двоится в глазах. Но ты справлялся и с этим.
Так что по части ведьм ты был спец. И зачеты порой принимал
волосатых, как горбачевские вести, студентов.
………………………………………………………………………………………..
Однако ничто человеческое.
………………………………………………………………………………………….
Даже бывалому злыдню не по себе,
если в пустой комнате был человек — а потом его нет, и дверь заперта.
Но ты видел и нечто гораздо страшнее.
…………………………………………………………………………………………
Макс, они же болтушки. У каждой есть свой вертолет
для перемещения в энную точку пространства и времени. Но
они слишком болтливы. И это их самый большой недостаток.
Все привороты и заговоры, порой даже на смерть,
инвольтация, как говорит оккультятина, мало что могут
перед этой вселенской болтливостью.
И потом, Макс, они влюбчивы. Очень. Ты сам это знаешь,
грозно и весело сверкая на ведьму очками.
Ты разделяешь, как делят яйцо на желток и белок,
женщину — на женщину и что-то еще в ней. И наблюдаешь.
И опыты ставишь, страдая от них иногда. Но в целом тебе с ними весело.
……………………………………………………………………………..
У стюардесс из подъездов нет ничего, что тебя заманило бы.
Впрочем, прикольность нужна во всем. В девочках тоже.
……………………………………………………………………………….
А ведьмы все так же смеются и болтают на космическом своем языке,
который ты довольно хорошо понимаешь.
Но учить ему ты не спешишь. Это не та речь, которая здесь уместна.
И потому проще открыть магазин честных суррогатов. Это весело.
……………………………………………………………………………….
Три вороны танцуют под дубом. Ты слышишь их речь.
Тем временем Макбета уже показали в новостях.
Там и антихрист покажет свой гордый профиль.
Вороны танцуют свой танец и не спешат уходить.
Здравствуйте, им говорю, тетки. Что у вас нынче на ужин.
4
Vale
Ты знаешь, как вены выходят наружу. От холода и от воды.
Как мутант леший пускает женщине кровь,
так что она ни жива, ни мертва, а бледна, совершает свой путь.
Ты знаешь, как ведьма грызет молодого возлюбленного,
как старого мелет в своих жерновах. Все это метафоры, но
и отношение жизни со смертью.
…………………………………………………………………………………..
Письма тем хороши, что не просят ответа,
даже при брошенном жестко вопросе.
Однако разгул метафизики подзадержался.
Впрочем, новая ступень мемориала высохла. И на нее
нужно подняться.
Можно в массовке сыграть, не проявляя своих убеждений.
Посмотреть снизу на тех, кто восходит на мавзолей.
………………………………………………………………………………………..
Так что до связи. Жизнь неофициальна.
А что это — может, обратная связь.